АФИША СОБЫТИЙ


Расписание паб-клуба Граффити









Интервью с группой Hair Peace Salon


Не часто от музыкантов услышишь что-то типа « да что мы? ты вот … послушай!» или «да что о нас писать? напиши лучше о …» А к группе Hair Peace Salon меня так посылали не раз. А целых два. Так что выполняю социальный заказ.

Олег – гитара, вокал
Андрей – клавиши, вокал
Максим – бас
Вадим - гитара
Артур - барабаны


- Когда решили музыкой заняться?


М.: Всё как у всех. Наслушался, на подъезде лабать стал, потом захотел лабать по-другому.
О.: Короче, слушал гопников, играющих на гитаре в подъезде…
М.: Нет, с гопниками тусовался, но слушал Nirvana. Потом ещё, помню, спорил, что буду лабать в группе когда-нибудь. Так что я выиграл спор.
Ар.: У меня такого конкретного момента не было. Музыка у меня проходит какими-то этапами по жизни. Сначала родители отдали в музыкальную школу. Меня при прослушивании определили на скрипку, но я хотел в класс ударных и поэтому начал упираться, и… меня перевели на тромбон.
И я оттрамбонил по полной программе - 4 года. После этого как-то о музыке особенно и не думал. Хотя она всегда была где-то рядом. Спустя некоторое время, вдохновившись игрой своей знакомой рок-группы, во мне проснулось желание детства - освоить барабаны. Я купил установку (кстати, у тех самых знакомых, которые благополучно развалились), оборудовал под студию свой авто-гараж и начал стучать… совершенно один. Да потому что очень хотелось! Решил, что надо исправлять ошибку, допущенную при прослушивании в детстве, и самостоятельно начал осваивать барабаны.
А.: У меня в детстве была похожая ситуация – я хотел играть на гитаре, а меня определили на пианино, хотя я, мягко говоря, не желал - меня заставляли играть на нем. Но разрешилась эта ситуация по-другому. Я через некоторое время полюбил фоно, понял этот инструмент, кстати, потом и гитару освоил. И подумал, что надо начинать песни сочинять – и стал сочинять. В общем, я кроме музыки ничего делать и не умею.
О.: А я начал увлекаться музыкой вместе со своим старшим братом. Мы хотели играть в какой-нибудь рок-банде, пофиг в какой. Захотели мы эдак году в 96м. В 97м мой брат сколотил со своими друзьями команду, и они начали играть. Меня не взяли, потому что я не умел. Брат тоже, кстати, не умел, но купил установку, а это уже считай полдела для 17 летних пацанов из обычных рабочих семей. Со временем, ориентируясь на них я с Максом и Саней (бывший ударник) тоже организовались в свою банду. Из 3-х человек. Никто не хотел играть на басу… (далее долгие воспоминания и споры на тему «как мы решили взлабаднуть»). С Артуром играем с 2002го. Затем мой старый друг подсуетил нам соло-гитариста Вадимку. Недавно, совершенно случайно, к нам присоединился Андрей. Кстати, очень удачно присоединился.

- Вопрос названия обойти невозможно.

О.: Название придумал мой друг (да, тот самый - что Вадимку…). Он писал песни на английском. У него была своя банда, он в ней один играл, постоянно заставлял меня слушать свои песни, читать текста. Меня зацепило название одной его песенки – “Hair Peace Salon”. Он его содрал с какого-то американского фильма, это была вывеска на каком-то доме. Он даже не смотрел этот фильм, проходил мимо телевизора и увидел на экране этот эпизод с вывеской. Я как-то пробивал это название, никаких таких групп нет, только в Денвере, штат Колорадо есть такая парикмахерская, видимо, это она и была в кино. Потом ещё видел надпись на стене в документальном фильме про Джона Леннона и Йоко Оно - “Hair Peace”. Кстати, сложное название для восприятия и произношения для нашего человека.
М.: Нас называли “Happy слон”, “Hi-Fi salon”, ”Волосатый пёс шалун”, ”Хай пишуць салам”.
А.: Спрашивают, «Как ваша группа называется?» - “Hair Peace Salon”. - « Как- как?» - « Хер.Пис.Салон.» - «Ааа, ну да, теперь понятно!»

- Как вы свою стилистику определяете? Что-то такое британское?

О.: (с гордостью) Совсем недавно нас назвали братьями Coldplay.
Все: Ооо, ну да, конечно, мы очень похожи на Coldplay!
О.: Как мы себя определяем? А почему бы и не британское? Мне нравится Британия.
Ар.: Мне тоже. С удовольствием бы туда поехали поиграли.
А.: В нашей стране существуют только традиции «Песняров» и народного пения. А традиций рок-музыки нет. Мы опираемся на британскую музыку, на Штаты, пытаясь вырабатывать свой собственный стиль. Но наши песни сочинены в Беларуси. Меня, например, очень пропирают некоторые моменты, которые здесь происходят. И плюс свои, личные эмоции. Поэтому это сложно назвать британской музыкой. Я уже говорил Олегу, что придётся наше звучание немного умрачнить.
О.: Ты будешь мрачняк нагонять, а я буду светлое что-нибудь мутить. Я хочу сейчас делать более оптимистические песни, а то вообще помрем от тоски в этом подземелье. Но главное, чтобы мы с Андреем друг друга понимали. Я думаю, что-нибудь получится. Главное уважать друг друга, уметь вовремя сдерживаться.
А.: Терпение надо иметь. Как с женой.
О.: Нас тут целых пять штук. Соответственно, у каждого по четыре жены.

- В одной рецензии на вас или на “Jitters” было написано...

Ар.: “Трудно вам, парни, с такой музыкой будет в жизни - кому она нах?.. А жаль…”
М.: Ну, правильно написано. Кому здесь такая музыка нужна? Если говорить о фестивалях, концертах, приоритет даётся тем, кто поёт на белорусском. Сколько раз я слышал: “жаль, что они не поют на белорусском, такая клёвая группа...” И по радио крутят белорусские команды. Ну почему бы не поставить группу, которая клёво лабает, какая разница, на каком языке? Всё равно, ставят такую бесвкусицу, что слушать невозможно.
О.: А мне нравится. Белорусские команды клёвые. Мы отдавали свою песню на радио, нам сказали, что будут крутить, но не крутят. Я думаю, либо там башляют бабки, либо это из-за английского. Если бы были клубы, мы бы были востребованы. Сейчас надо пробовать пробивать Украину, Москву. Там хоть клубы есть. А здесь по ходу нет потребителя на наше музло.
А.: Белорусский шоу-бизнесс: шоу есть, а бизнеса нет.
О.: Главная проблема белорусских музыкантов это то, что они не могут своей любимой музыкой заработать денег. За бугром, если ты чего-то стоишь, то это вполне реально. У нас этого нет. Если только в ресторанах играть, но тогда со своей музыкой можешь распрощаться.
А.: Да, наша музыка не подходит для ресторанов. Если бы мы играли что-то более камерное, мы бы были востребованы. Наша музыка никак не может быть фоновой, потому что люди, которые её слышат, сразу начинают в неё вслушиваться. Это музыка для прослушивания.
О.: А люди, у которых есть деньги, почему-то предпочитают вкладывать их в поп-музыку. Я вот не врубаюсь, неужели на наших попсарях можно заработать?... (после многочисленных “можно!”) Это кошмар какой-то...

- Вы не будете писать на белорусском?

А.: Есть одна песня, так, для эксперимента. Попробуем её спеть. Белорусский язык очень классно звучит.
М.: А мне не нравится!
О.: Я вот как-то не очень хочу. Потому что начнётся такое: «Ааа, вот и они!»
Ар.: А я не против.
М.: Добра. Рабі. Чын-чын. Никогда не слышал белорусской мовы, чтоб нормальная была.
О.: Нет, есть у нас классные группы, которые поют на белорусском.

- Как у вас с записями?

О.: Недавно в Британии вышел сборник с нашей песней “Hover”. Мы заслали на сайт демку и попали на сборник.
М.: Нам ничего не остаётся, кроме как рассылать по Интернету на разные конкурсы демки, пытаться как-то засветиться.
Нестройным хором: Мы хотим реализоваться! Нам здесь тяжело! Мы умираем! Разваливаемся! Гниём! Нас здесь гнетут!
А.: Ваши ближайшие творческие паны? Ну, собираемся записаться и развалиться.
О.: Обычный расклад, как и у большинства.
А.: Хочется что-то делать, но это всё головой об стену. Поэтому мы задумываемся, не для чего мы это делаем, а как мы это делаем. Работаем над искусством.
М.: Вот мы лабаем, лабаем, а прогресса, результата нет. Но всё равно лабаем. Что-то заставляет.
О.: Мне нравится музыкой заниматься, я её не брошу. Главное, чтобы она нас не бросила. Ну, типа, там: не оглохнуть, пальцы не поотбивать. Кстати, а из-за чего оглох Бетховен?..

- Альбом планируется?

О.: А есть ли смысл в альбоме? Нету смысла в альбоме. Или он есть? Планируем?
А.: Конечно!
О.: Значит, планируем…
А.: Мы с Олегом будем очень долго спорить, в конце концов запишем что-нибудь очень современное, разнообразное, в плане разных подходов. Не хочется в одном стиле всё играть.
М.: Но альбом будет ещё не скоро. Для этого надо много денег, которых у нас нет. И на самом деле нет смысла. Мы записываем демку, и она куда-то идёт. А альбом не имеет смысла отправлять. После альбома нам скажут «ну что, чуваки, у вас есть альбом, что вам ещё нужно?»
О.: Нас никто не знает, никто не будет его покупать.
А.: Мы ещё не готовы чисто технически. Если бы у нас были электронные синтезаторы, всё что нам нужно, если бы могли с этим экспериментировать на репетициях, то могли бы уже что-то раз и навсегда придумать. А сейчас, проходит некоторое время, появляются новые мысли, придумывается что-то новое, приходится переигрывать. Даже к демке надо подходить серьёзно, подключать сессионных музыкантов, включать разные инструменты, не только бас, гитара…
М.: Дудки что-ли?
О.: Тромбон. Нам в первую очередь не альбом нужен, а инструменты нормальные купить.
А.: Мы ничего не добьемся, пока не найдём свой саунд. У нас есть задатки этого саунда, но поскольку записано всё несовершенно, получается полуфабрикат.

- Расскажите мне про тексты. Обычно их пишут на русском, потому что хотят, чтобы их понимали.

О.: У меня немного по-другому. Не всегда хочется, чтобы меня понимали.
А.: Если бы я мог писать на русском, я бы писал, но когда послушаешь Tequilajazzz, понимаешь, что ты написал отстойно.
О.: Я бы хотел, чтобы мои текста читали те, кому это действительно интересно.
М.: Кому это будет интересно, тот возьмёт и переведёт.
О.: Если у кого-то такое желание будет, я буду только рад. Например, когда мы, играли в клубе «Палуба», единственное что в тот день меня порадовало, это то, что я пою на английском.
М.: Это бар на Асаналиева, где бухают блатные гопники. Там все группы выступали как-то не по теме. Быстро концерт закончился, только свалили, и там началось «гоп-гоп-гоп! та-да-дам!»
О.: Такие люди, кстати, наверно и спонсируют белорусскую музыку.
… пошли мысли по поводу и воспроизведение шлягеров Озорного Гуляки…
М.: А нету энтузиазиста, который бы не побоялся вложить деньги в качественную музыку, пусть и не окупится. Но кто будет вкладывать бабки в изначально убыточное дело?
О.: Если бы у меня были бабки, я бы вложил их и в Rosary, и в Jitters. И я знаю, что это окупилось бы.
М.: Так ты энтузиазист!
О.: Не энтуазист я! Я знаю, что у нас есть слушатели, и при помощи сотки тысяч баксов можно привить эту музыку.
А.: На самом деле, эта музыка впирает многим. Я очень придирчив к музыке. Чтобы меня команда заколбасила, она должна что-то из себя представлять. Когда мне ребята дали свою демку, я понял, что меня реально впёрла их музыка. Я дома ее с удовольствием слушаю. Так что эта музыка будет нравиться.

- Планы на будущее?

М.: Планы большие, но они все как-то ограничиваются.
О.: Планы… чтобы не развалилась команда. Записать демо-запись. И куда-то ехать. Выступить в клубах. Нам надо сыграться впятером, пока нам тяжеловато. То есть, Андрей слышит все по-своему, я по-своему, мы ещё чётко не определились, чего мы хотим.
М.: Короче, надо репетировать… И делать клёвые песенки.


Добавлена: 06-01-2006

Автор статьи: Ju
Специально для XLAM.BY

[ вернуться к списку статей ]

!!



афиша фотографии статьи видео аудио группы новости ссылки о проекте форум магазин