АФИША СОБЫТИЙ


Расписание паб-клуба Граффити









Иконостас Михайлов



Журналист Евгений Кривецкий в рамках опасного эксперимента пропустил концерт Петли Пристрастия на вручении наград Ultra Music, чтобы попасть на концерт Стаса Михайлова в Минск-Арену. Эксперимент должен был удовлетворить желание прочувствовать истинный масштаб пандемии шансона в Беларуси и узнать сколько побитых кризисом белорусов готово раскошелиться на самого могущественного в России шансонье.

11 марта, полвосьмого вечера. Возле внушительной Минск-Арены наблюдается большое скопление возбужденных, озябших от сильного ветра людей - cегодня здесь играет самый могущественный, зажиточный и веский шансонье современной России Стас Михайлов. В Минске певец не в первый раз: пару лет назад Михайлов собрал полный Дворец Республики и то же самое, но с куда большим размахом певец намерен сделать сегодня с хоккейной ареной.

История ошеломительного успеха Стаса Михайлова грешит неточностями, допущениями и не всегда ясными моментами, а за свою биографию, кажется, ответственен не столько сам музыкант, сколько нанятые копирайтеры (на официальном сайте, например, написано почти как в житие: “Стас Михайлов родился 27 апреля 1969 года в городе Сочи в семье летчика. Ничего не говорило о том, что в будущем он станет неординарным и талантливым поэтом, композитором и певцом”.), но в сложившейся ситуации, когда певец оккупировал маршрутки, нехитрые застолья и плейлист радио “Шансон”, получив при этом в 2010-ом “заслуженного”, важно другое: почему и зачем Россия (и как оказывается не только) капитулировала так безоговорочно?

Если не иметь в виду планомерную раскрутку “снизу”, через кабаки и маленькие залы, в обход ТВ и радио (они падут ниц немного позже), то главное тут - выверенный имидж и действие на территории шансона, традиционно любимого у нас жанра, какие бы мутации он ни принимал: блатняка, городской романса, авторской песни. В принципе, он давит на те же точки, что и Лепс с Ваенгой: после их кручинных, с патентованной душевностью песен ничего кроме “выпить с горя, где же кружка” и не остается; его песни – это мужские ламентации, исповедальные речи о простых и чистых, как “водочная слеза”, вещах: материнской любви, преданности, сердечных переживаниях, утратах; что ни название, то универсальная романтическая конструкция и исчерпывающая недосказанность: “Я ждал”, “Без тебя”, “Все для тебя”, “Где-то там” и так далее.

Буква жанра диктует соответственный образ и дресс-код: расстегнутая рубашка, ровно настолько, чтобы продемонстрировать мужественную растительность на груди (но не больше), многозначительный “покерфейс” с фотографий и безвкусно отфотошопленных обложек альбомов (это только на первый взгляд кажется, что они отличаются - там везде как бы джокондовская загадочность и взгляд как бы прямо в душу), статные ловеласные позы – чисто внешне Михайлов почти неотличим от Валерия Меладзе, другого видного, но куда более куртуазного и куда более с голосом разрушителя сердец.



По сути, Михайлов монетизировал всеобщую любовь наших женщин “чуть-чуть за” к именно такому типажу: мужественных, но способных проявить чувства, повидавших жизнь, но уверенно смотрящих вперед, похожих одновременно и на курортного плейбоя, и на способного забить гвоздь крепкого хозяйственника. Словом, ключевая паства Михайлова набирается как раз среди женщин, которые уже врут про свой возраст и в разной степени потрепанных жизнью; мужчины, если и попадаются, то, как правило, в качестве сопровождающих, выгуливающих, присматривающихся. Для многих из них шансонье слишком про любовь, слишком не понюхал пороха, слишком не Михаил Круг.

Белорусская аудитория Михайлова в этом смысле не большое исключение: в день концерта у Минск-Арены наблюдается обилие солидных господ, тех, кого принято относить к миддл-апу; у входа мнутся разнообразные парочки, причем некоторым из них не дашь и двадцати пяти; разумеется, уйма дам бальзаковского возраста. Людей много, очень много, публика едет из других городов: для автовладельцев ГАИ предусмотрела даже дополнительные парковочные места, но и их явно не хватает; около семи тысяч билетов было распродано за неделю до концерта и это при том, что самые дешевые из них стоят тридцать пять долларов и в максимуме достигают почти двухсот.

На сцене после обязательной задержки появляется Стас Михайлов - на нем традиционно нестрогий пиджак, традиционно застегнутая ровно до обозначения поросли рубашка, традиционно по-гусарски вздыбленный воротник. Шансонье представляет в Минске новую программу “Только ты…” и открытий здесь немного: все те же ходульные “ресторанные” аранжировки, все такой же минимум мелодических решений и инструментов, легко описываемых емким японским словом “караоке”, все тот же набор затасканных словес, все те же по сути песни, которые вызывают у одних людей восторг и чувство сопричастности, а у других - в лучшем случае раздражение.

Над сценой три больших экрана, чтобы все смогли разглядеть певца, на сцене – группа подпевки и несколько словно не живых музыкантов, но всем необходим исключительно Михайлов. Шансонье поет поначалу достаточно степенно, добавляя со временем страсть и эмоцию, его жестикуляция напоминает движения объясняющего какую то истину человека (их как будто пытается скопировать и подпевка) и в купе с ясной, схематичной лирикой, адекватной моменту публикой и манерой артиста вальяжно расхаживать по сцене и возле нее (как будто от столика к столику) все вместе производит впечатление монструозного, дико дорогого кафе-шантана.

У многих на лицах счастье, но пугает даже не это, а то, что оно явно не симулированное, настоящее, неподдельное. К середине концерта трибуны дружно подпевают Михайлову (некоторым певец предоставляет возможность это сделать непосредственно в микрофон), многие встают с мест чтобы станцевать на стуле: люди на два часа забывают о том, что после концерта надо как-то выехать с парковки или поместиться в общественный транспорт, что завтра надо на работу или в техникум (простите, колледж), что завтра надо возвращаться обратно в свой районный или областной центр, забывают и о ценах на билеты, и о ценах вообще.

Не надо делать вид, что Стас Михайлов – какая-то параллельная реальность. Стас Михайлов – это, к сожалению, здесь и сейчас, сложившаяся данность. У певца даже на YouTube и Last.Fm – местах, казалось бы, не особо причастных к традиционным шансон-территориям - десятки тысяч просмотров и прослушиваний. Что с этим делать и надо ли – бог весть.

Евгений Кривецкий
Фото:facebook

14 марта 2012

афиша фотографии статьи видео аудио группы новости ссылки о проекте форум магазин